Мартин Врба, Марта Абба
Прекращение импорта российского газа в Европу в ответ на полномасштабное вторжение России в Украину и замена его на сжиженный природный газ (СПГ) должны были стать временной экстренной мерой. Однако темпы развития инфраструктуры СПГ в Европе говорят о том, что в обозримом будущем отказаться от природного газа будет непросто.
С начала полномасштабного вторжения России в Украину в феврале 2022 года до конца прошлого года Европа построила десять плавучих установок регазификации сжиженного природного газа (СПГ) и расширила семь существующих терминалов, увеличив общую мощность существующей инфраструктуры примерно на 50 миллиардов кубометров в год.
Парадокс заключается в том, что в то время как импортируемые объемы растут, потребление газа в ЕС сократилось на 20% в период с 2021 по 2024 год (IEEFA EU Gas Flows Tracker). То есть мощности по регазификации продолжают расти, в то время как потребление падает. В результате возникает избыток мощностей, что оказывает давление на использование газа даже тогда, когда это не требуется, и замедляет инвестиции в возобновляемые источники энергии и энергоэффективность. Это приводит к большей зависимости от ископаемого топлива, которая будет определять европейскую энергетическую политику как минимум до середины XXI века.
С одной стороны, развитие СПГ является бесспорным успехом в создании инфраструктуры, которая при других обстоятельствах столкнулась бы с целой сетью бюрократических препятствий. Однако в долгосрочной перспективе поводов для радости мало. Европейский энергетический кризис, вызванный зависимостью от импорта российского газа, был временно предотвращен, но лишь за счет замены одной зависимости другой.
Россия, которая, мягко говоря, оказалась ненадежным торговым партнером, сегодня выбыла из игры, но остаются вопросы относительно надежности новых экспортеров ископаемого топлива.
Вопрос происхождения: Мозамбик, Соединенные Штаты и политическая нестабильность
Импорт СПГ на европейские терминалы — это не просто технический вопрос. Он включает в себя глобальную цепочку добычи, эксплуатации и загрязнения окружающей среды.
В настоящее время США являются основным экспортером СПГ в Европу. В отчете итальянской организации ReCommon “Темная сторона американского СПГ” (апрель 2023 г.) задокументировано, как заводы по сжижению газа вдоль побережья Мексиканского залива — в основном в Техасе и Луизиане — превратили некоторые населенные пункты в “зоны жертвоприношения”. Загрязнение воздуха, загрязнение воды, респираторные заболевания и рак: угрозы для здоровья и окружающей среды для тех, кто живет в зоне производства, остаются неизменными, в то время как европейские страны и транснациональные корпорации получают от этого выгоду.
В Мозамбике проект плавучей установки для сжижения природного газа Coral South компании Eni, работающий с 2022 года, стал объектом серьезных обвинений. В отчете за 2024 год “Скрытое пламя” от ReCommon раскрывается, как показатели выбросов парниковых газов были преднамеренно занижены на 50%. Обман удалось раскрыть при помощи анализа спутниковых данных. В следующем докладе от февраля 2025 года раскрывается попытка компании Eni профинансировать расширение проекта Coral North, что привело к принудительному переселению местных жителей и дальнейшему разрушению окружающей среды.
Заложник ископаемого газа
Как отмечает ReCommon: “После полномасштабного вторжения России в Украину в 2022 году сжиженный природный газ стал одним из столпов энергетической политики Европы. В течение нескольких месяцев СПГ был представлен как самый быстрый способ заменить российский газ, обеспечить непрерывность поставок и успокоить рынки и правительства. Это ускорение привело к инфраструктурным, договорным и геополитическим решениям, которые теперь угрожают превратить то, что изначально было чрезвычайной мерой, в структурное препятствие для энергетического перехода Европы“.
Инфраструктура, рассчитанная на десятилетия, двадцатилетние контракты на поставку и инвестиции на миллиарды евро — всё это указывает на продолжение использования газа, даже несмотря на падение спроса и необходимость быстрого сокращения его потребления в соответствии с климатическими целями. Выбросы метана в цепочке поставок СПГ на 80% выше, чем при поставках газа по трубопроводам в течение 20 лет, что может составлять 5-8% от национального углеродного бюджета.
По словам эксперта по энергетике Франческо Сасси: “Резкое развитие этой инфраструктуры фактически угрожает заблокировать разработку альтернативных стратегий как с экономической, так и с инфраструктурной точки зрения“. Он добавляет: “Сигнал из Брюсселя очень ясен, но в то же время он противоречит политике диверсификации источников энергии. В краткосрочной перспективе необходимо прекратить импорт российского газа, включая СПГ, а в среднесрочной и долгосрочной перспективе необходимо значительно увеличить инвестиции в возобновляемые источники энергии. Для Брюсселя эта стратегия всегда представляла собой две позиции, которые находятся в гармонии. Однако для европейских политиков это работает только на бумаге, поскольку они продемонстрировали слабое понимание энергетических рынков, энергетической отрасли и энергетической геополитики“.
В то же время это открытие не ново: вскоре после вторжения России в Украину в 2022 году Energy Monitor предупредил,что усилия Европы по поиску новых источников ископаемого топлива могут привести к десятилетиям зависимости от них. Как отметила Эстер Боллендорф из Climate Action Network Europe: “Строительство новой инфраструктуры СПГ занимает как минимум два-три года, а с периодом окупаемости в 30-40 лет это означает, что мы надолго застрянем в нынешней ситуации“.
Хотя ЕС официально заявляет о своей приверженности “Зеленому соглашению” (Green deal) и целям достижения климатической нейтральности к 2050 году, сегодня Европа строит энергетическую систему, которая делает их достижение все более сложным.
(Не)надежность американского СПГ
Как далее подчеркивает ReCommon: “Роль Соединенных Штатов здесь ключевая. В настоящее время Вашингтон является основным поставщиком СПГ в Европейский Союз. Анализ IEEFA предупреждает, что если нынешняя политика останется неизменной, к 2030 году до 75–80% импортируемого в ЕС СПГ может поступать из США, что составит около 40% от общего объема импорта газа. Фактически это означает замену одной зависимости на другую“.
Кроме того, при администрации Трампа Соединенные Штаты открыто выступают против европейских правил по выбросам метана в цепочке поставок СПГ. Эти правила требуют от поставщиков мониторинга, отслеживания и отчетности об утечках метана, но, по всей видимости, американские производители СПГ отказываются инвестировать в необходимые системы контроля. В результате происходят неконтролируемые утечки метана, что подчеркивает структурную несовместимость цепочки поставок СПГ с европейскими климатическими обязательствами.
Представление об американском СПГ как о “надежном” поставщике в реальности рушится. Торговая неопределенность, вызванная внешней и экономической политикой Трампа, использование энергетики в качестве геополитического инструмента и угрозы введения пошлин демонстрируют хрупкость идеи нейтрального энергетического союзника. Европа заменила свою зависимость от Москвы зависимостью от Вашингтона, подвергнув себя волатильности мировых рынков СПГ, где цены колеблются в зависимости от динамики в Азии и на Ближнем Востоке.
Франческо Сасси предупреждает, что: “Европейские потребители станут все более уязвимыми перед лицом международной нестабильности из-за своей зависимости от сжиженного природного газа, который подвержен конкуренции на мировом рынке“. Заглядывая в будущее, он говорит: “То, как Европа продолжает решать эту проблему, заставляет меня сделать вывод, что мы очень близки к очередному энергетическому кризису, вызванному главным образом политической неспособностью понять мир, в котором мы живем“.
Отсутствие публичных дебатов
Однако одним из наиболее тревожных аспектов является отсутствие публичных дебатов. Сасси критикует: “Никто не хочет поднимать этот вопрос, потому что экономические интересы, стоящие за ним, слишком сильны“.
Вдобавок ко всему этому существует постоянная угроза колебаний цен на энергоносители и новая зависимость от американского СПГ. “Сегодня мы наблюдаем международную напряженность между бывшими союзниками, отражающуюся на энергетических рынках и ресурсах, которые мы используем каждый день, поэтому мы не можем избежать этой дискуссии“.
ReCommon добавляет: “Мы должны понимать, что СПГ — это не просто ископаемый газ, импортируемый судами издалека. Это глобальная цепочка, включающая добычу, переработку, сжижение, транспортировку, регазификацию и строительство новой инфраструктуры. Сосредоточение внимания только на последнем этапе цепочки — регазификации в портах и транспортировке по Европе — означает игнорирование общего влияния этого источника энергии на окружающую среду“.
Куда движется Европа?
Спустя четыре года после кризиса Европа сталкивается со стратегическим решением, которое больше нельзя откладывать. Спешно построенная инфраструктура СПГ становится долгосрочным проектом. Двадцатилетние контракты с поставщиками из США, Катара и Мозамбика меняют энергетическую географию континента. Реальный риск заключается в том, что вопрос энергетической безопасности, оправданный в 2022 году, станет предлогом для отсрочки перехода к “зеленой” энергетике.
Сасси отмечает: “Риск заключается в том, что нынешний акцент на энергетической безопасности ослабляет цель энергетической трансформации и отодвигает ее на второй план“. Он добавляет: “Политики направляют деньги на то, что считает приоритетным с точки зрения потребностей населения, и, если острая задача состоит в обеспечении нашей инфраструктуры достаточным количеством газа для отопления домов, то это настолько неотложный вопрос, что инвестиции и внимание, естественно, направляются именно туда“.
Однако реальные издержки этих решений лягут не на плечи корпораций, а на плечи граждан: “Расходы на расширение импорта СПГ не будут покрываться частным сектором, а будут все больше ложиться бременем на государственные бюджеты, поскольку ни один из участников энергетического рынка не готов к долгосрочным инвестициям, которые мы наблюдаем сегодня, учитывая существующие риски“.
В заключение ReCommon однозначно говорится: “Продолжение инвестиций в СПГ как опору энергетической стратегии Европы замедляет энергетический переход и привязывает энергетическое будущее Европы к все более нестабильному и политизированному глобальному рынку. Реальная альтернатива заключается не в выборе другого поставщика ископаемого газа, а в структурном снижении зависимости от газа как такового“.
Этот текст и его итальянский аналог были подготовлены в рамках PULSE, европейской инициативы, содействующей трансграничному журналистскому сотрудничеству, в партнерстве с OBCT, n-ost и Voxeurop.
